Питер Гриффит - Зарубежные маньяки - Архив Маньяков - Маньяки и серийные убийцы
Главная » Файлы » Зарубежные маньяки

Питер Гриффит
29.11.2013, 19:31
Убийство четырехлетней Джун Энн Девни потрясло не только ее родной город Блэкборн в Ланкшире, но и всю Англию. Прошло совсем немного времени после окончания войны, но эта трагедия заставило содрогнуться даже самые закаленные и ожесточившиеся сердца. Произошло она в ночь на 15 мая 1948 года.



Джун, милая девочка, дочь рабочего металлургического завода, за несколько дней до трагедии попала из-за воспаления легких в детское отделение Куин-парк-госпиталя. Эта ночь была после дней, которую де-вочка должна была провести в больнице, так как пневмония протекала в легкой фор-ме и ребенок чувствовал себя значительно лучше. Родители собирались приехать за дочерью днем 15 мая, но их ожидала страшная новость.

Вечером девочка, как обычно, в положенное время легла спать в свою кроватку в палате © 3. Эта палата помещалась в цокольном этаже и одной своей стороной примыкала к кухне и ванной комнате детского отделения, другой же соседствовала с пристройкой, где в эркере находились туалеты с большими окнами, которые ради свежего воздуха никогда не закрывались. Вечером 14 мая они тоже были распахнуты.

Когда в начале двенадцатого медицинская сестра Хэмфрис подошла успокоить плакавшего ребенка, кровать которого стояла рядом с кроватью маленькой Джун, девочка крепко и спокойно спала. Успокоив ребенка, сестра снова ушла на кухню, довольная тем, что остальные дети не проснулись от плача. Находясь на ночном дежурстве, сестра чутко улавливала доносившиеся до нее звуки. 

Примерно в 23 часа 30 минут ей послышались какой-то шорох и детский голосок. Сестра Хэмфрис вышла в коридор и обнаружила дверь, ведущую в парк, открытой. Ничего удивительного или настораживающего в этом она не увидела, и поскольку на дворе было очень ветрено, решила, что дверь распахнул сквозняк. Никаких звуков больше не доносилось, и сестра спокойно вернулась к своим делам.

Вскоре, минут через пятнадцать, сестре предстоял обход блока, и когда она вошла в детскую палату © 3 и подошла к кроватке Джун, то обнаружила ее опустевшей. Сестра надеялась найти девочку в туалете, хотя и было странно, каким образом Джун могла попасть туда, не потревожив ее. Девочки в туалете не оказалось. Возвращаясь в палату, сестра обратила внимание, что на свеженатертом полу виднеются какие-то пятна, похожие на следы ног, но ног не детских, а взрослого человека, пробежавшего по полу босиком или в тонких носках. Рассмотрев их внимательно, сестра Хэмфрис сделала вывод, что обнаруженный след ведет от одного из окон эркера к детским кроватям и кончается рядом с кроватью Джун.

Встревоженная сестра увидела также, что под опустевшей кроватью лежит большая бутыль с дистиллированной водой, которая, как она прекрасно помнила, еще в начале двенадцатого находилась на тележке, стоявшей в другом конце палаты.

Сестра подняла тревогу, и вскоре весь дежуривший ночью персонал принялся искать пропавшего ребенка. Надо отметить, что Куин-парк-госпиталь был расположен между большим парком и лугами, и когда спустя два часа суматошных поисков Джун так и не смогли найти, было решено, наконец, сообщить в полицию. Один из дежурных врачей позвонил в полицию Блэкборна, и еще час спустя, в четвертом часу утра, в высокой траве около госпитального забора полицейский обнаружил труп Джун Девни.

Даже при самом беглом осмотре стало ясно, что девочка была изнасилована, после чего преступник взял свою жертву за ножки и ударил головой о каменную стену забора. Четырехлетняя Джун испытала страшные мучения перед смертью. Ее короткая жизнь была оборвана жестоким садистом и извращенцем.

Утром на место происшествия прибыли первые сотрудники ланкаширской полиции, среди которых находились главный констебль Лумс и главный инспектор Кэмпбелл - сотрудник дактилоскопического бюро графства Ланкашир в Хьютоне. Главный констебль, не откладывая, обратился за помощью в Скотланд-Ярд.

- Дело было в том, что ребенок, перед трупом которого он стоял утром 15 мая, за короткий промежуток времени стал уже третьей по счету жертвой убийцы-маньяка. Два других убийства произошли в Лондоне и в Фэрнуорте (неподалеку от Блэкборна). Первой жертвой была пятилетняя Эйлин Локкарт, задушенная в подвале разрушенного бомбами дома, второй - одиннадцатилетний Джон Смит, заколотый кинжалом. Эти преступления были все еще не раскрыты, а убийца преспокойно продолжал творить свои чудовищные злодеяния. Естественно, Лумс прекрасно понимал, что после этого третьего случая общественность возмутится и потребует от полиции более решительных мер по поимке преступника.

Прибывшие незамедлительно в Блэкборн главный инспектор Кэпстик и еще два сотрудника Скотланд-Ярда принялись за работу. Полицейские оцепили всю территорию больницы, никто не мог покинуть здание без проверки. Тщательно обследовав палату и место преступления, они нашли на одном из окон эркера несколько таких же волокон ткани, какие были и на трупе ребенка, но эти находки так же мало продвинули расследование, как и допрос служащих госпиталя, которые вскоре были отпущены.

Постепенно вырисовывалась картина преступления: убийца проник в детское отделение между 23 часами 15 минутами и 23 часами 45 минутами через открытое окно эркера, сняв перед этим обувь. Судя по тому, что он не наделал шума, преступник хорошо ориентировался. Прежде чем остановиться перед кроваткой Джун, он, осторожно ступая, подходил к остальным детским кроваткам. Остановив свой выбор на четырехлетней девочке, он вынул ее из кроватки, вылез с ребенком через окно эркера, надел башмаки и потащил свою жертву к забору.

Оставленные следы его ног в носках четко отпечатались на свежевычищенном полу детской палаты. Что касается бутылки, найденной под кроватью Джун, он, видимо, взял ее для того, чтобы использовать в случае необходимости как оружие.

Сотрудник дактилоскопического бюро главный инспектор Кэмпбелл в поисках отпечатков пальцев занялся тщательным обследованием палаты. Ему пришлось осмотреть все стены, стол, окна, кровати, стулья, бутылочки с лекарствами и детские игрушки. И везде сотни отпечатков.

В первую очередь отпечатки пальцев были сняты у всех работников госпиталя и всех посетителей, побывавших в детском отделении на протяжении последней недели, в результате чего стало ясно, что, за исключением отпечатков нескольких пальцев, а также большого пальца и целой руки, оставленных на бутыли под кроватью Джун, все обнаруженные отпечатки принадлежат врачам, сестрам, больным детям и их посетителям. Поскольку результаты дактилоскопической экспертизы всех лиц, имевших дело с бутылкой в последние перед трагедией месяцы, показали, что их отпечатки пальцев не имеют ничего общего с теми, которые фигурировали на бутылке, напрашивался вывод, что эти последние были оставлены убийцей ребенка.

Фотографии этих отпечатков тотчас же были отправлены в Скотланд-Ярд, а также разосланы во все местные дактилоскопические службы Великобритании, но эта трудоемкая процедура оказалась бесполезной, поскольку даже в полуторамиллионной картотеке Скотланд-Ярда не оказалось идентичных отпечатков. После проверки в Скотланд-Ярде фотографии отпечатков разослали воздушной почтой в дактилоскопические службы за пределами Великобритании, так как не исключалась возможность, что преступником был какой-нибудь моряк или иностранец, оказавшийся проездом в Блэкборне. Но и это ни на шаг не приблизило следователей к цели.

В конце концов расследование укрепило полицейских в предположении, что убийца живет здесь же, в Блэкборне либо в его окрестностях. Прежде всего в пользу этого свидетельствовало хорошее знание преступником местности и распорядка дежурства сестер в больнице. Но и это пока что не приблизило следствие к разгадке. Необходимо было предпринять что-то такое, что могло бы вывести расследование из тупика, и 20 мая Кэмпбелл сделал необычное предложение, на принятие которого он и сам не очень рассчитывал.

Имея в руках следствия только результаты дактилоскопического анализа, инспектор предлагал снять отпечатки пальцев у всех мужчин Блэкборна старше шестнадцати лет, а также у всех, кто приезжает в Блэкборн на работу. Учитывая, что город насчитывал 110 тыс. жителей, из них около 35 тыс. домовладельцев, Кэмпбелл рассчитал собрать почти 50 тыс. карточек с отпечатками пальцев для сравнения с отпечатками, оставленными на месте преступления. Никто до него в Англии не предпринимал ничего подобного.

Однако инспектор отдавал себе отчет и в том, что нет никакой гарантии положительного исхода этой трудоёмкой работы. Он прекрасно понимал, что все могло оказаться напрасным.

Кроме того, существовал и моральный аспект этой процедуры, и инспектор имел все основания опасаться, что такое мероприятие тут же вызовет беспокойство и волнение общественности, стоит ей только понять, что именно заставило власти пойти на такую чрезвычайную меру. Да и закона, обязывающего население подвергаться дактилоскопической экспертизе, не было.

Учтя все эти аспекты, все же было решено пойти на эксперимент. Было решено так же, что во избежание возможных протестов инициатива будет исходить не от полиции, а от мэра Блэкборна. Мэр, поддержавший просьбу полиции, не теряя времени, обратился к жителям своего города с просьбой о добровольной помощи. В своем выступлении он заверил, что после того, как все отпечатки будут сравнены с отпечатками убийцы, карточки с ними будут уничтожены. Мэр также гарантировал, что отпечатки пальцев будут сравнены только с отпечатками данного убийцы, а не будут использованы для сравнения с другими отпечатками пальцев разыскиваемых преступников. Чтобы не обязывать горожан приходить в полицейский участок, было решено, что служащие полиции, снимающие отпечатки пальцев, сами будут ходить от дома к дому. Эта не имевшая аналогов операция началась 23 мая, то есть через восемь дней после убийства.

К удовлетворению полиции, всеобщее возмущение и горячее желание найти преступника отодвинули на задний план прочие соображения жителей Блэкборна. По избирательным спискам контролировалась полнота охвата дактилоскопированием всего населения города. У приезжающих рабочих снимали отпечатки пальцев в соответствии с платежными ведомостями предприятий. Многие дома приходилось посещать по несколько раз, но через пять недель, к концу июня, было собрано 20 тыс. карточек с отпечатками. Однако разыскиваемых отпечатков среди них не нашлось!

Несмотря на неутешительные результаты первых поисков, работа продолжалась, но напряжение росло изо дня в день. Когда в середине июля уже 30 тыс. жителей было охвачено дактилоскопированием, а разыскиваемых отпечатков среди них не оказалось, впору было поддаться панике, однако отступать было поздно. К концу июля было уже проверено 40 тыс. карточек, но отпечатки на бутыли все равно не хотели выдавать своей тайны. К началу августа было собрано и проверено 45 тыс. карточек Почти не оставалось надежды на положительный исход этой невиданной проверки, поскольку практически все жители города и приезжающие из предместий рабочие были дактилоскопированы.

Полицейских охватило чувство глубокого разочарования. Уже почти не надеясь, что его предложение может оказаться полезным, один из служащих полиции предложил проверить последние списки получивших продовольственные карточки, которые выдавались в Великобритании еще спустя три года после второй мировой войны. Это предложение было рассчитано на то, что некоторые люди могли за это время уезжать из города. Проверка выявила факт, дававший этим поискам последний шанс. Почти 800 мужчин, несмотря на всю тщательность охвата, оказались упущенными из поля зрения полиции.

Прошло три месяца после убийства девочки, когда 11 августа констебль Кэлверт в погоне за этими оставшимися восемьюстами мужчинами вошел в дом © 31 по Бирлей-стрит, в котором жили миссис Гриффит и ее двадцатидвухлетний сын Питер. Питер худощавый, приятной наружности парень, был известен в округе своей любовью к детям. Оказалось, что он был как раз одним из тех, кого не охватили во время всеобщего дактилоскопирования.

Отпечатки Гриффита вместе с другими, собранными за день, были отправлены в Хьютон, и там спустя 24 часа сотрудник, занимавшийся сравнением, громко воскликнул: "Я его нашел! Вот он!.."

Как явно свидетельствовали фотографии, отпечатки большого и указательного пальцев левой руки Питера Гриффита в точности соотве
тствовали отпечаткам, найденным на бутыли.

Полицейские с облегчением вздохнули - успех пришел в самую последнюю минуту, когда в него уже мало кто верил.

Убийца вскоре был арестован. Оказалось, что Гриффит, сын душевнобольного, еще ребенком много лет провел в детском отделении Куин-парк-госпиталя и поэтому так хорошо знал типографию места преступления.

На следователей и судей, занимавшихся делом об убийстве Джун Энн Девни, этот молодой человек, с лицом ребенка, неспособный регулярно трудиться, лишенный естественной тяги к женщинам, производил странное впечатление, даже вызывал жалость.

Но в конце концов Питер Гриффит признал себя виновным и был осужден.
Категория: Зарубежные маньяки | Добавил: exxxxxcel
Просмотров: 851 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]