Уильям Джордж Хайренс (2 часть) - Зарубежные маньяки - Архив Маньяков - Маньяки и серийные убийцы
Главная » Файлы » Зарубежные маньяки

Уильям Джордж Хайренс (2 часть)
27.01.2016, 21:50
Уильям Джордж Хайренс (англ. William George Heirens; также известный как «Помадный убийца» (англ. Lipstick killer); родился 15 ноября 1928 – умер 5 марта 2012 года) — американский серийный убийца, который признался в трех убийствах, совершенных в 1946 году. Его называли по прозвищу «Помадный убийца» за пресловутое сообщение, которое он написал красной помадой на месте преступления в доме одной из своих жертв. Находясь в тюрьме до самой смерти, по мнению многих людей, он провел там больше всех лет среди прочих преступников, – его срок составил 65 лет заключения.



Первую часть статьи читайте этому адресу

Влияние прессы

Как заметило издание Time в своей публикации от 29 июля 1946 года:

The News и Herald-American Уильяма Херста ударили по улицам вместе с заголовками на первых страницах, показывающими Хейренса как доктора Джекилла (волосы зачесаны) и мистера Хайда (волосы растрепаны). Ему еще не было предъявлено обвинение в убийстве, но Tribune легкомысленно обвиняет его: Как Хейренс убил 3-их.

14 июля, прокурор штата Уильям Туохи (англ. William Tuohy) встретился за закрытыми дверями с адвокатами Хайренса, братьями Мэлаки и Джоном Когхланом (англ. brothers Malachy and John Coghlan) для обсуждения возможной сделки о признании вины.

18 июля 1946 года репортер Chicago Tribune Джордж Райт (англ. George Wright) написал статью по этой теме с заголовком:

«История Хейренса! Как он убил Сьюзан Дегнан и еще двух женщин.»

Райт сфабриковал детали статьи, ссылаясь на «безупречно надежные источники», которые говорили о том, что Хайренс дал свое признание. Tribune посвятила 38 колонок для этой истории. Она начиналась так:

«Это история о том, как 17-летний Уильям Джордж Хайренс, похитил, убил, а затем расчленил 6-летнюю Сюзан Дегнан 7 января, и разбросал части ее тела по канализационным отверстиям около дома девочки. Это история о том, как Уильям Джордж Хайренс забрался в квартиру мисс Фрэнсис Браун… и стрелял в нее, затем зарезал и оставил послание, написанное помадой на стене, умоляя полицию поймать его… И это история о том, как Уильям Джордж Хайренс вошел в квартиру миссис Джозефин Росс… и как он зарезал ее, когда она проснулась.»

Последние известия по радио сообщили о сенсационной новости, опубликованной чикагской Tribune, и это услышал Хайренс, находясь в своей камере. Он был поражен, сказав:

«Я никому не признавался, честно! О господи, что они собираются повесить на меня дальше?».

Прокурор штата Уильям Туохи так же абсолютно отрицал, что Хайренс дал признание. Остальные четыре конкурирующие газеты перепечатали признание из газет Чикаго в своих публикациях, упомянув эту историю 157 раз за следующие 10 недель. Как позже написала Tribune:

«Общественное доверие к Tribune было столько велико, что другие газеты… перепечатали историю исключительно потому, что Tribune сказала, что было так. . . . Хайренс изображал невинность какое-то время. Но весь мир поверил в его виновность. Tribune сказала, что он виновен».

У Хайренса была небольшая поддержка в прессе. London Sunday Pictorial выпустили статью под названием «Приговорен до суда, и это Америка называет правосудием»:

«Пока вся Америка ждет того, кто будет обвинен в одном из самых сложных случаев убийств в истории, подозреваемый юноша уже был судим на страницах чикагских газет. И он был признан виновным».

Вплоть до 1975 года Chicago Daily News несла ответственность за свою «сенсацию».

Очевидец

Джордж Е. Субгрунски (англ. George E. Subgrunski), действующий солдат на службе, утверждал, что на следующий день после убийства Сюзан Дегнан день он видел фигуру, идущую в направлении дома Дегнанов с пакетом для покупок. Он сказал, что «человек был ростом около пяти футов и 9 дюймов, весил около 170 фунтов, возраст примерно 35 лет, на нем была светлая фетровая шляпа и темное пальто». Из-за нехватки света очевидец не заметил черт лица того человека. Когда полиция показала Джорджу фотографию 18-летнего Хайренса 11 июля, он не смог узнать в нем мужчину, которого он видел. 16 июля, во время слушаний, он указал на Хайренса, когда того привели в комнату суда, и сказал: «Это тот мужчина, которого я видел!». Пресса Чикаго заметила, что это утвердило обвинения против Хайренса. Свидетельство Субгрунски помогло вернуть обвинительный приговор. Несоответствия в его первоначальных показаниях перед судом заставили многих сомневаться в его свидетельстве. Позже, показания Субгрунски в суде были дискредитированы, когда выяснилось, что вразрез с первоначальными утверждениями о том, что он не мог увидеть черты лица мужчины из-за отсутствия света, на суде он сказал, что уверен в своих показаниях, потому что Хайренс прошел перед машиной «в полном свете своих фар».

Второе признание

Адвокаты Хайренса «чувствовали» его вину. Их заданием, как они считали, было спасение Хайренса от электрического стула. С другой стороны, Туохи не был уверен, что сможет получить обвинительный приговор.

«Малая вероятность успешного обвинения в убийстве Уильяма Хайренса побудила ведомство прокурора штата искать и добиваться помощи от адвокатов подсудимого, и, через них, от их собственного клиента. Все, что имела сторона обвинения в случае с Дегнан – это часть отпечатка пальца на записке с требованием о выкупе… И это было на таком этапе расследования, что адвокат продвинулся в помощи моему ведомству», –департамент Туохи.

Адвокаты Хайренса вынудили его принять сделку о признании вины, предложенную Туохи. Эта договоренность, которая была темой встреч за закрытыми дверями с Туохи, утвердила, что Хайренс отсидит один пожизненный срок, если признается в убийствах Джозефин Росс, Фрэнсис Браун и Сюзан Дегнан. С помощью своих адвокатов он начал составление признания, используя статью из Tribune как пособие:

«Как оказалось, статья в Tribune была очень полезной, так как снабдила меня множеством деталей, о которых я не знал. Мои адвокаты редко меняли слишком откровенные моменты признания, но я мог сказать по их лицам, что я допустил ошибку. Или они говорили «Ну, Билл, разве это произошло действительно так?». Тогда мне приходилось менять свою историю, поскольку, разумеется она шла вразрез с тем, что было уже известно (Из Tribune)».



И Хайренс, и его родители подписали признание. Стороны согласились встретиться 30 июля для того, чтобы Хайренс сделал официальное признание. В тот день сторона защиты посетила офис Туохи, где несколько репортеров были приглашены, чтобы задать вопросы Хайренсу, и где сам Туохи произнес речь. Хайренс был в замешательстве и давал уклончивые ответы на вопросы репортеров, в чем он позже винил Туохи: 

«Это все Туохи. После сбора всех официальных лиц, включая адвокатов и полицейских, он начал вступительную речь о том, как долго все ожидали моего признания, но, в конце концов правда будет рассказана. Он продолжал использовать слово «правда» и я спросил его, действительно ли он хотел правду. Он уверил меня в том, что он хотел. Туохи сделал большое дело (сарказм), согласившись на правду. Теперь, когда меня заставляли врать, чтобы спасть себя. Это разозлило меня… поэтому я сказал им правду, и это всех очень расстроило.»

Туохи отозвал согласованный ранее приговор к одному пожизненному с небольшим количеством незначительных пунктов обвинений, сменил его на три пожизненных срока, идущих один за другим, и угрожал Хайренсу смертным приговором, если он пойдет в суд. Они грозили, что повесят на него еще одно убийство, жертва Эстель Кэри (англ. Estelle Carey), даже не смотря на то, что он посещал школу Gibault для трудных подростков, школу-интернат в Терре-Хот (англ. Terre Haute), штат Индиана, в то время. Сами адвокаты Хайренса разозлились на него за то, что он не сдержал свое слово, данное в обмен на пожизненное заключение. У чикагской Tribune был заголовок: 

«Немой Хайренс предстанет перед судом – Убийца растоптал страстные просьбы матери заговорить».

Туохи сказал, что будет давить на расследования смертей Сюзан Дегнан и Фрэнсис Браун. Хайренс согласился с договором о явке с повинной.

Хайренс согласился с новым соглашением о признании вины. Общественная речь была произнесена снова в департаменте Туохи. В этот раз Хайренс заговорил и отвечал на вопросы, даже восстановил события убийств, в которых он был обвинен. Капитан Майкл Ахерн изменил свое мнение и поверил, что он был виновен, когда услышал, как похоже Хайренс описывал квартиру Фрэнсис Браун.

Позже Хайренс сказал: «Я сознался, чтобы спасти свою жизнь.

Нож

В своем признании Хайренс утверждал, что он избавился от охотничьего ножа, которым, как он сам говорил, зарезал Сюзан Дегнан, бросив его на надземных путях метро возле места преступления. Полиция никогда не проводила поиски на путях, но журналисты, узнав об этом, расспросили рабочих, обслуживающих пути, не находили ли они нож. Они нашли его на рельсах и оставили его в камере хранения железнодорожной станции в Гранвилл. Журналисты выяснили, что этот нож принадлежал Гаю Родрику, тому же человеку, у которого украли Colt Police Positive .22 калибра, найденный в доме Хайренса. 31 июля, он подтвердил, что это его нож. Хайренс признал, что он выбросил нож из поезда, потому что не хотел, чтобы мама видела его.

Признание вины

Хайренс взял полную ответственность за три убийства 7 августа 1946 года. Сторона обвинения заставила его реконструировать убийство в доме Дегнан на публике и перед прессой. 4 сентября, в присутствии своих родителей, семей своих жертв и при председательстве главного судьи Гарольда. Г. Уорда (англ. Harold G. Ward), Хайренс согласился с предъявленными ему обвинениями в убийстве и грабеже. Той ночью Хайренс пытался повеситься в своей камере, случайно сделав это во время пересменки тюремной охраны. Его обнаружили до того, как он умер. Позже он сказал, что отчаяние подтолкнуло его к попытке суицида:

«Все верили, что я виновен… Я чувствовал, что смогу избежать вины перед законом, если меня не будет в живых, и таким образом я хоть немного выиграю. Но даже тут я потерпел неудачу… Перед тем, как я вошел в зал суда, мой адвокат сказал мне просто подтвердить признание своей вины и сидеть молча после этого. У меня даже не было суда…».

5 сентября, после того, как новые доказательства были записаны в дело, и стороны обвинения и защиты сделали заключительные заявления, Уорд формально приговорил Хайренса к трем пожизненным срокам заключения. Пока Хейренс ожидал переезда в тюрьму Стейтвилл из тюрьмы округа Кук, шериф Майкл Малкехи(англ. Michael Mulcahy) спросил у него, страдала ли Сюзан Дегнан, когда он убивал ее. Хайренс ответил: 

«Не могу сказать вам, страдала ли она, шериф Малкехи. Я не убивал ее. Скажите мистеру Дегнану приглядывать за своей другой дочерью, потому что, кто бы ни убил Сюзан, он все еще на свободе».

Доказательства невиновности

В течение нескольких дней разбирательств в открытом судебном заседании, Хайренс отрицал какую либо ответственность за убийства. Мэри Джэйн Блэнчард (англ. Mary Jane Blanchard), дочь убитой жертвы Жозефины Росс, была одной из первых сомневающихся в виновности Хайренса, ее слова цитировали в 1946 году так:

«Я не могу поверить, что молодой Хайренс убил мою маму. Он просто не вписывается в картину ее смерти… Я видела все вещи, украденные Хайренсом, и там не было никаких вещей, принадлежавших моей матери».

Допрос под пентоталом натрия

Хайренс был подвергнут допросу под воздействием пентотала натрия, так же известного как «сыворотка правды» (англ. truth serum). Этот препарат был предоставлен психиатрами Хайнсом и Роем Гринкерами (англ. Haines and Roy Grinker). Под эффектом наркотика Хайренс якобы рассказал, что на самом деле второй человек, Джордж Мурман, совершил убийства.

Эта форма допроса, проведенного без ордера, без согласия Хайренса и его родителей, по мнению большинства ученых в наши дни, имеет сомнительную пользу в выяснении правды из-за повышенной внушаемости у объектов под воздействием подобных субстанций.

«К 50-м годам, большинство ученых объявили само понятие «сыворотки правды» неверным, и большинство судов признали показания, полученные с ее использованием, неприемлимыми».

Как бы то ни было, когда Хайренса арестовали в 1946 году, растущее научное мнение против «сыворотки правды» еще не осело среди судов и полицейских участков.

Во время ходатайства после приговора в 1952, Туохи признался под присягой, что он не только знал о процедуре с пентоталом натрия, но и уполномочил ее и заплатил Гринкеру 1000$. В том же году Гринкер открыл правду о том, что Хайренс никогда не признавал себя замешанным с любым из убийств.

Проверка на полиграфе 

В 1946 году, после того, как Хайренс прошел два теста на полиграфе, Туохи назвал результаты неубедительными. Тем не менее, Джон Е. Рейд (англ. John E. Reid) и Фред Е. Инбау (англ. Fred E. Inbau) опубликовали результаты тестов в своей книге «Обнаружение лжи и криминальные допросы» (англ. Lie Detection and Criminal Interrogation) в 1953 году, которые противоречат этому утверждению. Согласно книге, тест не был неубедительным, – «Убийцу Уилльяма Хайренса допрашивали об убийстве и расчленении 6-летней Сюзан Дегнан… На основании обычной теории тестирования, его ответ в тесте полностью устанавливает (его) как ни в чем невинного человека».

Доказательство по почерку

Во ходе расследования убийства Дегнан, Департамент полиции Чикаго связывался с художником из "Chicago Daily News” Фрэнком Саном Хэймелом (англ. Frank San Hamel), чтобы проверить фотографию записки с требованием о выкупе. Через три дня после убийства, Хэймел сказал полиции и общественности, что нашел «скрытый след от написания», то есть следы от написания на бумаге, которая лежала под листом, на котором писали, оставляя призрачный отпечаток. Услышав эти новости, Уолтер Стормс разорвал все цепи поставок и предоставил Хэймелу оригинальную записку для точной проверки. Так как цепь поставок была разрушена этим действием, записка была признана бесполезной в суде, вне зависимости от результатов. После того, как Хайренс был арестован за убийство Дегнан, Хэймел сообщил, что он был замешан в этом. ФБР до этого предоставляли отчет 22 марта 1946 года, в котором было написано, что записка была проверена и никаких следов от написания найдено не было, и что все утверждения Хэмела…

«… показали либо отсутствие знаний в своем деле, либо преднамеренную попытку ввести в заблуждение».

Даже подлиный почерк на записке были частично дискредитированы. Большинство экспертов по подчерку, как в полиции Чикаго, так и независимые люди, на момент оригинального расследования, верили, что Хайренс не имел отношения ни к записке, ни к надписи на стене. Чарльз Уилсон (англ. Charles Wilson), который был главой чикагской криминалистической лаборатории, обнародовал примеры рукописей Хайренса, полученные из его записей в школьных тетрадках, согласившись с мнением экспертов департамента полиции, которые не смогли найти какой-либо связи между запиской и надписью на стене. Независимый эксперт по рукописям Джордж У. Шварц (англ. George W. Schwartz) был приглашен, чтобы дать свое мнение. Он категорически констатировал:

«Индивидуальные характеристики двух записей ни в коей мере не сравнимы».

Третий эксперт, Герберт Дж. Уолтер (англ. Herbert J. Walter), опыт которого включал в себя работу с Линдбергским похищением детей в 1932 году, был приглашен так же. После изучения документов, написанных Хайренсом, Уолтер заявил, что Хайренс написал записку с требованием выкупа и сделал надпись на стене помадой, и попытался замаскировать свой подчерк. Тем не менее, это было прямо противоположно тому, что он говорил несколькими месяцами ранее, когда сказал, что сомневается в том, что две записи были сделаны одним человеком.  Он говорил о «нескольких поверхностных похожих деталях и множестве несовпадений».

В 1996 году, аналитик подчерка ФБР, Дэвид Граймс (англ. David Grimes), заявил, что известный почерк Хайренса не соответствовал с тем, который был в записке с требованием выкупа Дегнан или «помадным сообщением», поддержав таким образом два предыдущих результата первоначального расследования в 1946 году и оригинального мнения Герберта Дж. Уолтера в января 1946 года. Кроме того, почерк записок не соответствовал друг с другом.

Доказательства по отпечаткам пальцев

Среди доказательств вины предъявляемых к Хайренсу являются отпечатки пальцев на записке с требованием выкупа Дегнан и на дверном косяке двери ванной Фрэнсис Браун. Однако, возникли подозрения в правдивости отпечатков пальцев на дверном косяке, в том числе обвинения в том, что полицейские нанесли отпечатки сами, так как они якобы выглядят как свернутый тип отпечатков пальцев, который вы нашли бы в любой полицейской картотеке. Оба набора отпечатков попали под серьезные сомнения относительно их правомерности, добросовестности сбора и возможного загрязнения.

Отпечатки пальцев на записке о выкупе

Примерно 26 июня 1946 года, прокурор Туохи заявил, что «теперь не может быть никаких сомнений», в вине Хайринса после того, как власти связали его отпечатки с отпечатками пальцев на записке о выкупе. Именно это утверждение, не противостоящее защите Хайренса при вынесении приговора побудило его сознаться в убийствах, в отношении которых ему было предъявлено обвинение. В 2002 году, было подано прошение о помиловании, так как его адвокаты ставили под сомнение обоснованность этих отпечатков на записке с требованием выкупа в связи со сроками открытий отпечатков пальцев на карте, разорванной цепи доказательств, и неопытностью правоохранительных органов и гражданских лиц. 

Записка о выкупе Дегнан была впервые рассмотрена в Chicago Crime Detection Laboratory, но они не нашли никаких отпечатков. Капитан Тимоти О'Коннор (англ. Timothy O'Connor) отправил записку в лабараторию ФБР в Вашингтоне, округ Колумбия, 18 января 1946 года, с идеей привлечения более сложной технологии ФБР в поиске каких-либо скрытых отпечатков. ФБР подвергло записку передовому методу возгонки йода для поиска скрытых отпечатков. В исполнении этот процесс был похож на современный полицианоакрилат, в котором вещество нагревают до паров. Этот пар прилипает к жиру, который был оставлен пальцами. Аналогичен старому методу с применением нингидрина, который распыляется на бумаге, чтобы обнаружить скрытые отпечатки. ФБР удалось собрать два отпечатка, которые они оперативно сфотографировали, потому что, в отличие от современной методики, отпечатки, обнаруженные в процессе возгонки йода исчезают быстро. Капитан О'Коннор позже свидетельствовал на слушании приговора Хайренса, что он видел только два отпечатка на лицевой стороне записки, не говоря уже о существовании какого-либо обороте.



По возвращении в Чикаго, он подвергнул фотографии выявленных отпечатков дактилоскопической экспертизе, за которую нес ответственность сержант Томас Лэффи (англ. Thomas Laffey), эксперт по отпечаткам пальцев в Департаменте полиции Чикаго. После его осмотра, он заявил прессе, что они были «... настолько неполными, что невозможно их классифицировать.» Несмотря на проверку этих «неполных» отпечатков всех арестованных в период с января 1946 года по 29 июня 1946 года, он был не в состоянии найти соответствия, хотя Уильям Хайренс был ранее арестован за кражу со взломом 26 июня 1946 и за применение оружия 1 мая 1946. Три дня спустя сержант Лэффи озвучил девять пунктов сравнения с одним из отпечатков мизинца Хайренса. В пресс-конференции прокурор штата Туохи заявил, что «...в настоящее время не может быть никаких сомнений» в виновности подозреваемого, но потом, по иронии судьбы также заявил, что они фактически не имеют достаточно доказательств, чтобы обвинить Хайренса. 

Через несколько месяцев после того, как ФБР вернули записку и фотографию записки в полицию Чикаго, полиция объявила, что Лэффи обнаружил отпечаток ладони на обратной стороне записки, также сопоставленный Хайренсу и нашедший до 10 пунктов сравнения. Никаких других отпечатков не было найдено на записке, что побудило начальника полиции Уолтера Стормса (англ. Walter Storms) сказать: 

Это показывает, что Хайренс был единственным человеком, который мог написать записку.

Это заявление является подозрительным, потому что:

 – Полиция Чикаго не смогла найти никаких отпечатков изначально, отсюда и необходимость отправить записку в ФБР для дальнейшей обработки. Это указывает, что они были неспособными найти его первоначально. 

 – Капитан О'Коннор упоминает только два отпечатка на лицевой стороне, и никаких на обратной. Кроме того, поскольку обе стороны записки были сфотографированы сразу же после передового метода для поиска скрытых отпечатков ФБР, третий отпечаток на обратной стороне был бы очевидным на записке, и во время исследования фотографий запискиТем не менее, несмотря на проверку, происходящую в середине января, этот третий отпечаток не был обнаружен до начала июля, шесть месяцев спустя, и примерно через две недели после того, как Хайренс был арестован, хотя Лэффи рабол исключительно по делу Дегнан почти в течение шести месяцев.

 – Оригинальная записка была ранее предоставлена репортеру из Chicago Daily News Фрэнку Сану Хэймелу в январе того же года (после того, как ФБР обработало его) для изучения, чтобы найти какие-либо «скрытые отступы письма», которые, возможно, Хайренс оставил. Это нарушило цепочки поставок, что делает записку неприемлемой в качестве доказательств в суде. Кроме того, любое количество людей, в том числе Хэймел, могли нарушить целостность отпечатков на записке, так как могли появиться дополнительные отпечатки, заслоняющие и разрушающие отпечатки преступника.

Действительно, даже перед тем как полицейская криминалистическая лаборатория получила возможность изучить записку, Чарльз Уилсон, начальник Chicago Crime Detection Laboratory, заявил:

Когда мы получили записку, она пришла слишком поздно после того, как другие люди обработали и сфотографировали ее.

В том же ключе, 22 марта 1946 года, в докладе ФБР отметило: 

... Очевидно, что записка была в значительной степени обработана. 

Эти заявления находятся в прямом противоречии утверждения Шефа Уолтера Стормса, что никто, кроме Хайренса не прикасался к записке. 

Далее, Лэффи свидетельствовал на слушании 5 сентября 1946 года при вынесении приговора, что один отпечаток пальца на оборотной стороне записки был связан с Хайренсом до 10 пунктов сравнения. Он также увеличил количество точек сравнения ладони Хайренса от 10 до стандарта ФБР - 12-ти. 

Что касается отпечатков пальцев на лицевой стороне записки, которые были обнаружены ФБР в январе 1946 года, определенные одним Лэффи и он не говорил, что они принадлежат Хайренсу, когда он давал показания на слушании приговора. На слушании были упомянуты только отпечатки, не найденные ФБР, а обнаруженные после ареста Хайренса. Два передних отпечатка, которые были якобы «бесспорные» доказательства вины Хайренса были едва упомянуты в судебном заседании, в котором свидетели должны были давать показания под присягой, не были они связаны с Хайренсом.

Как еще одно подтверждение того, что можно назвать неэффективной обороной юристов Хайренса, ни одна из этих проблем не были подняты во время слушания при вынесении приговора и не было высказано возражений.

Отпечатки на дверном косяке 

«Кровавый, нечеткий» отпечаток конечного и среднего сустава пальца был найден на дверном косяке двери между ванной и гардеробной в квартире Фрэнсис Браун. Фотография отпечатка была сделана, но ни какое сравнение не было осуществлено с другими из картотеки отпечатков. После того, как Хайренс был арестован 26 июня, его отпечатки были сопоставлены с запиской о выкупе Дегнан. Когда Лэффи заявил, что отпечатки пальцев Хайренс совпали с отпчатками пальцев на записке с требованием выкупа Дегнан, была предпринята попытка, чтобы сравнить его с отпечатком пальцев на дверном косяке. Отпечатки не совпали, и полиция сняла с него обвинения в убийстве Браун, поскольку отпечаток на месте преступления был не его. Двенадцать дней спустя, однако, он был снова обвинен в убийстве, так как обнаружилось соответствие по 22 пунктам сравнения, что гораздо выше стандартов ФБР.



Откатанный отпечаток пальца из дактилоскопической карты

В приговоре Хайренса, Лэффи засвидетильствовал, что мизинец кровавого отпечатка совпадал с отпечатком Хайренса в восьми точках, а средний палец имел совпадение в шести точках. Средний палец не дотянул до личного стандарта Лэффи в 7-8 точек для положительной идентификации.


Скрытый отпечаток пальца, найденный на объекте, в данном случае на бумаге

Другой причиной разногласия стал отпечаток на месте преступления Браун, который выглядел так, будто его откатали, то есть взяли палец человека в чернилах, и приложили к учетной карте, и это был не размазанный, кровавый и нераспознаваемый отпечаток, как изначально сообщалось. Обычно, после того, как кончик пальца покрыт чернилами, не важно, прикладывали ли руку подозреваемого к подушке с чернилами, или прокатывали роликом с чернилами по руке, отпечаток пальца прикладывается к карточке только одной стороной. Его прокатывают один раз от края до края пальца, чтобы образовался больше, четкий отпечаток.

Признание 

Двадцать девять несоответствия были найдены между его признанием и известными фактами преступления. С тех пор это стало пониманием того, что природа этих несоответствий является четким показателем ложных признаний. Некоторые детали, казалось, соответствовали, как и теория полиции, что Дегнан была расчленена охотничьим ножом и Хайренс признался, что бросил охотничий нож на станции Чикагского метро возле резиденции Дегнан. Впрочем, это никогда не было определено научно, был ли нож инструментом для расчленения и у Хайренса были альтернативные объяснения для всего этого. Кроме того, нож не был изначально извлечен с помощью полиции, его нашли представители прессы. 

Альтернативный подозреваемый 

После убийства Дегнан, но прежде, чем Хайренс стал подозреваемым, чикагская полиция допрашивала 42-летнего Ричарда Рассела Томаса (англ. Richard Russell Thomas), бродягу, проходящего через город Чикаго во время убийства Дегнан, которого нашли в тюрьме округа Марикопа, штат Аризона. Полицейский эксперт по почерку Чарльз Б. Арнольд (англ. Charles B. Arnold), отметил сходство между почерком на записке Дегнан с требованием выкупа, и почерком Томаса, когда Томас писал левой рукой, и предположил, что полиции Чикаго нужен именно Томас. 



Ричард Рассел Томас

На допросе, Томас признался в совершении преступления, но он был освобожден из-под стражи, после чего Хайренс стал главным подозреваемым. Другие утверждают, что Томас был главным подозреваемым, а именно:

 – Томас ранее был осужден за покушение на вымогательство с целью выкупа. Следует отметить, что он угрожал похищением маленькой девочки.

 – Как отмечалось ранее, эксперты заявили, что записка Томаса о выкупе от его прошлой судимости несет сходство в обоих случаях, в связи с формулировкой и в виде фактической структуры букв, образованных в записке с требованием выкупа Дегнан.

 – Томас был в Чикаго во время убийства Дегнан.

 – В то время, когда он признался в совершении преступления по отношении к Дегнан, он ожидал приговора за приставание к собственной дочери.

 – У Томаса была история насилия, в том числе насилие в семье, по отношению к супругу.

 – Томас был мед братом, который, как известно, притворялся хирургом. Он часто хвастался своим друзьям, что он врач, и что он был известен, чтобы украсть хирургические материалы. Полиция Чикаго ранее разработала профиль убийцы Дегнан, как имеющего хирургические навыков или бывшего мясника.

 – Он часто посещал автомобильное агентство вблизи дома Дегнан. Части тела Сьюзан были найдены в канализации через дорогу от автомобильного агентства. 

 – Как и Хайренс, он был известным грабителем. 

 – Он свободно признался в убийстве Дегнан, хотя позже он отрекся от своих слов. 

Чикагские детективы отклонили свои претензии к Томасу после того, как Хайренс стал подозреваемым. Томас умер в 1974 году в тюрьме штата Аризона. Его тюремные записи и большинство доказательств его допроса относительно убийств в Чикаго были потеряны или уничтожены.

Последствия

Вскоре после того, как Хайренс был арестован, его родители и младший брат изменили свое фамилию на «Хилл» (англ. Hill). Его родители развелись после вынесения приговора и заключения в тюрьму.

Хайренс сначала был размещен в тюрьме Стэтевилл (англ. Stateville Prison) в Джолиете, штат Иллинойс. Он изучил несколько отраслей, включая электронику и теле / радио ремонт, и однажды, у него была своя собственная ремонтная мастерская. Прежде чем высшее образование было доступно для заключенных, Хайренс, 6 февраля 1972 года, стал первым заключенным в истории Иллинойса, который получил степень бакалавра искусств за четыре года обучения, позже заработав 250 кредитов на курсах для финансирования стоймости заочной формы обучения с 20 различных университетов из своих сбережений. Проходящие курсы были разнообразны, такие как языки, аналитическая геометрия, обработки данных и шитье одежды, правда власти запретили проходить курсы по физике, химии или астронавигации. Он управлял швейной фабрикой в Стэтевилле в течение пяти лет, наблюдая за 350 заключенными, а после перевода в Вену (англ. Vienna), он продвигал всю их образовательную программу. Он помог образовательному прогрессу другим заключенным, помогая им заработать на своих дипломах общего развития образования (GED) и стать своего рода «тюремными юристами», помогая им с их апелляциями.



Хайренсу дали институциональное условно-досрочное освобождение за убийство Дегнан в 1965 году, а в 1966 году, он был освобожден по этому делу и начал отбывать свой ​​второй пожизненный срок. Хотя такое решение и не освободило его на свободу, политика дня по условно-досрочному освобождению означала, что он считался реабилитированным тюремными властями и что дело Дегнан больше не могло по закону выдвигаться в качестве причины для отказа в условно-досрочном освобождении. На основании регламента 1946 года, Хайренс должен был быть освобожден от убийства Браун в 1975 году и от всех остальных оставшихся обвинений в 1983 году. Однако, в 1973 году, центр внимания переместился от реабилитации до наказания и сдерживания, который попросту заблокировал все шаги к тому, чтобы освободить Хайренса. В 1983 году, Апелляционный суд седьмого округа США (англ. Seventh District U.S. Court of Appeals) постановил, что это было неконституционно, чтобы отказать в условно-досрочном освобождении на основании сдерживания заключенных, осужденных до 1973 года. Судья Джеральд Кон (англ. Magistrate Gerald Cohn) приказал штату Иллинойс немедленно освободить Хайренса. Брат и сестра Сюзанн Дегнан сделали огласку, умоляя представителей власти бороться с постановлением. Генеральный прокурор Нил Хартигэн (англ. Neil Hartigan) заявил, что «только Бог и Хайренс знают, как много других женщин он убил. Теперь чуткий благодетель человечества решает, что Хайренс реабилитирован и должен выйти на свободу... Я собираюсь убедиться, что сведенное с ума животное остается там, где оно сейчас есть», – такое высказывание было опубликовано в СМИ. Сенат Иллинойса принял резолюцию, так как «признанный убийца Сюзанн дегнан, 6-летней девочки, которую он задушил в 1946 году..., что это мнение палаты, и что освобождение Уильяма Хайренса на данный момент нанесет ущерб интересам народа штата». При поддержке видных политиков, решение суда 1983 года было впоследствии полностью изменено.



В 1975 году, он был переведен в исправительный центр минимальной безопасности Вена (англ. Vienna Correctional Center) в Вене, штат Иллинойс, а затем в 1998 году, уже по его просьбе, отправлен в тюрьму общего режима Диксон (англ. Dixon Correctional Center) в Диксоне, штат Иллинойс. Он проживал в больничной палате, так как страдал от диабета, от которого у него распухли ноги и ухудшилось зрение, делая его передвижение возможным только в инвалидном кресле, но по-прежнему продолжал делать усилия, чтобы выиграть помилование.

Ходатайство о помиловании

В 2002 году Лоуренс К. Маршалл (англ. Lawrence C. Marshall) и другие люди, подали ходатайство от имени Хайренса в поисках помилования. Они процитировали не только сомнения в виновности Хайренса, но также м его поведение в тюрьме. Ходатайство в конечном итоге отклонили.

Бывший офицер полиции Лос-Анджелеса Стив Ходель (англ. Steve Hodel), который отслужил в полиции 25 лет, встретился с Хайренсом в 2003 году, когда расследовал убийство. Он был убежден, что Хайренс был невиновен в преступлениях. «Я чувствовал себя вынужденным написать апелляцию в Наблюдательный Совет заключенных штата Иллинойс, и заявить о моей профессиональной уверенности, что Хайренс невиновен».



Самое последнее слушание по условно-досрочному освобождению господина Хайренса состоялось 26 июля 2007 года. Наблюдательный совет штата Иллинойс принял решение своими голосами 14-0 против условно-досрочного освобождения, а также было отражено одно высокое заявление членом правления Томасом Джонсоном (англ. Thomas Johnson), который сказал, что «Бог вас простит, но штат никогда». Тем не менее, комиссия по условно-досрочному освобождению также постановила вновь вернуться к этому вопросу в том же году.

В комиссии остается много людей, кто сомневается в том, что Хайренс виновен в убийстве.

Смерть

26 февраля 2012 года, после того, как его вывели из тюремной камеры в исправительном центре Диксон из-за проблем со здоровьем, Хайренс умер в медицинском центре университета штата Иллинойс 5 марта 2012 года, в возрасте 83 лет.
Категория: Зарубежные маньяки | Добавил: exxxxxcel
Просмотров: 858 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]