Маньяками не рождаются... - Обо всем понемногу - Статьи о... - Маньяки и серийные убийцы
Главная » Статьи » Обо всем понемногу

Маньяками не рождаются...
Так что же все-таки приводит отдельных людей на путь необузданной агрессии и нечеловеческой жестокости, как формируются психические расстройства, превращающие человека в маньяка, можно ли предотвратить поток серийных убийств? Именно об этом наша беседа с Александром Бухановским, заведующим кафедрой психиатрии и наркологии Ростовского Медицинского университета, профессором юридического факультета Ростовского университета, президентом научного лечебно- реабилитационного центра «Феникс», председателем оргкомитета периодических международных конференций «Серийные убийства и социальная агрессия», почетным членом ассоциации европейских психиатров, членом Американских академий судебных наук и психиатрии и права, первым российским ученым, читавшим лекции в Академии ФБР. Тем самым профессором Бухановским, которому 14 лет назад удалось создать точный проспективный портрет, а после задержания и «разговорить» маньяка Андрея Чикатило, монстра, на совести которого, по меньшей мере, 56 человеческих жизней, с которого в России и началось изучение феномена серийных убийств.



— По данным немецкого журнала «Хёрцу» в фильмах, показанных по немецкому телевидению в прошлом году 439 раз демонстрировались издевательства над детьми, изнасилования и убийства. В сумме за год было показано 25 000 убийств, что составляет еженедельно 25 часов непрерывного насилия. Как вы считаете, Александр Олимпиевич, правомерно ли мнение о пагубности влиянии на психику подростка жестокости, увиденной на экране и ее провоцирующей роли в формировании садистских наклонностей?

— Демонстрация натуралистичных сцен, жестокости и садизма может привести лиц со специфическим предрасположением к возникновению импринтинга (отпечатывание в нездоровом мозгу) с последующим формированием негативных поступков. Теленасилие в последнее время буквально захлестывает зрителя, и не только немецкого. Ежедневное наблюдение за обесцениванием человеческой жизни негативно влияет на подсознание детей и подростков. Герой, вызывающий у зрителя чувство симпатии, часто нарушает закон и совершает насилие. Это присутствует даже в мультфильмах для самых маленьких и иррационально входит в мировоззрение, формирует жизненные ценности.

Как-то ко мне в клинику привезли из Москвы девятилетнего мальчика, который, увидев фильм о вампирах, испытал смешанное чувство ужаса, любопытства и восторга. Увиденное накрепко запечатлелось в его сознании, в мозгу возникла патологическая система, которая и начала управлять поведением паренька и он стал… вампиром. Мальчик перерезал горло цыплятам и пил их кровь. Причем, делал это публично, принуждая маленьких девочек, соседок по двору, наблюдать эти сцены. Затем закапывал трупик очередной жертвы (таким образом было уничтожено более 80 цыплят). Своим вынужденным зрителям угрожал, что в случае, если те расскажут взрослым о его хобби, он им, как и цыплятам, перережет горло и выпьет их кровь. А ведь 40 % серийных убийц начинают именно с агрессии к животным. К счастью, родители этого мальчика вовремя обратились за помощью, и нам удалось его вылечить. Исчезло не только вампирическое поведение, но и фантазии на подобную тему.

— Значит, все дело не в сюжете кинобоевика или чтиве о каннибалах, а в готовности психики любую полученную информацию превратить в руководство к преступному действию? Помните, каннибал Джумагалиев, ссылаясь на полюбившуюся книгу «Черный туман», объяснял свое пристрастие к перерезанию горла своим жертвам желанием увидеть, как душа покидает тело…

— Положим, книга эта весьма далека от святочной сказки…

— Согласна. Давайте возьмем тогда нашего ротердамского каннибала программиста Армина М., расчленившего и сожравшего 42-летнего берлинского инженера Бернда Юргена Б., сняв всю эту «бойню» на видеопленку. Этот живодер рассказывал на суде, что в детстве, после прочтения сказки братьев Гримм «Ганзель и Гретель», он стал страдать навязчивой идеей каннибализма. Так можно и на безобидного «Колобка» возбудиться. Его тоже все мечтали съесть. Он все время был в бегах, чудом спасая свою шкуру, пока, наконец, не потерял бдительность и не был уничтожен маньячкой-Лисой.

— Говоря об импринтинге, я отметил: «отпечатывание в нездоровом мозгу». На нормальных здоровых людей сцены садизма не производят провоцирующего действия. Но есть группа «высокого риска», к которой относятся подростки и взрослые люди с аномальным дезорганизованным характером, у которых затруднена общая и межполовая коммуникации, мужчины с заниженной самооценкой и комплексом неполноценности. Именно они — лица высокого риска, у которых возникает склонность к жестокому поведению. Что же касается влияния литературы и публицистики на таких людей, то приведу два примера. Одна ростовская газета очень натуралистично расписывала произошедшие у нас убийства девочек, и мы потом имели большие проблемы с одним парнем, у которого на этой почве началось формирование тяжелого криминального садизма. Другая газета запустила утку об утечке радиации на Волгодонской атомной станции, после чего в регионе началась настоящая радиафобия. Журналисты и кинематографисты должны соблюдать определенный моральный кодекс, ибо масс-медиа существенно влияют на состояние психического здоровья населения. Об этом много говорилось на Всемирном конгрессе психиатров, проходившем в 1999 году в Гамбурге.

— Немецкий психолог Штефан Дауэр считает, что в большинстве своём серийные убийцы, это — интеллигентные, образованные люди, которые по какой-то причине вдруг оказываются не в состоянии самостоятельно справиться со своими проблемами. Вы разделяете эту точку зрения?

— Нет. Среди серийных убийц имеются представители самых разных слоев общества. Есть, конечно, и врачи, инженеры, педагоги. Но в большинстве своем, это- малообразованные люмпенизированные личности, среди которых 20% людей злоупотребляющих спиртным и наркотиками.

— История германской криминалистики знает много отвратительных имен серийных убийц. Это и «Дюссельдорфский вампир» Питер Кюртен, и «Людоед из Дуйсбурга» Иоахим Кролл, и «Гроза Ганновера» Фриц Хаарманн. Всех этих нелюдей объединяет схожесть биографий: строгое воспитание, суровое детство, хорошие манеры, нормальная работа, умение нравиться людям при неумении выстроить нормальную личную жизнь. Отсюда вопрос: правда ли, что все маньяки- садисты обладают слабой половой конституцией?

— Правда. Одно из условий предрасположения к маньячеству — слабая половая конституция. Сама по себе она, конечно, особой опасности не несет, но в сочетании с изменениями в мозге получается «гремучая смесь». Такие люди чаще склонны к садизму. Маньяки могут стать мужьями и отцами, но любовь у них специфична. Она больше похожа на признательность, привязанность. Да и инициатором взаимоотношений, как правило, являются женщины, берущие их развитие «в свои руки». Такое распределение ролей сохраняется и после заключения брака. Их семейная жизнь развивается по заранее определенному сценарию. В жены такие мужчины чаще всего выбирают женщин, напоминающих им властную, нетерпимую мать. Духовная близость в таких семьях отсутствует.

— Итак, маньяками не рождаются. Ими становятся при определенных обстоятельствах. Каковы эти обстоятельства?

— Убийцей при определенных обстоятельствах может стать практически каждый, а вот серийным — только человек с определенной формой предрасположения — биологического, психосексуального и личностного, наличие которого, однако, не фатально, а лишь делает их лицами высокого риска. Станет ли такой человек маньяком зависит от воздействия семьи и ближайшего окружения. Эмоциональное отторжение, жестокость, унижения, ханжество, асексуальное воспитание повышают фактор риска. Будущие серийные убийцы и маньяки — это, как правило, тихие, серые, не обращающие на себя внимания мальчики. Порой, они прилежны, дисциплинированны и послушны. Их неблагополучие внешне незаметно. Как правило, это — дети, унижаемые взрослыми и сверстниками, лишенные любви и ласки. Не говоря уже о тех, кто испытал сексуальное насилие и жестокое обращение.

— Вы ввели в оборот научный термин «матери Чикатило». Чем они отличаются от обычных матерей?

— Это- жестокие, деспотичные женщины с властным характером и ярко выраженной ролью семейного лидера, часто одинокие или унижающие своих мужей, оттесняющие их на периферию воспитания сына. Нередко у таких отцов эпизодически «просыпается раж воспитания» - жестко-жестокого — фактически они на ребенке срывают свою униженность в семье. У сыновей таких матерей детские годы, когда коммуникация со сверстниками жизненно необходима для формирования будущей личности, проходят под строжайшим контролем и запретом на все «внеслужебные» контакты. Трагический дефицит общения со сверстниками, родительской любви и ласки, постоянное отсутствие положительных эмоций, неумение понять и выразить самого себя способствуют необратимым изменениям личности. Отсюда -неспособность к симпатии, к общению с другими людьми, неумение быть привязанным, любить, сопереживать. Эти дети не умеют защитить себя ни в моральном, ни в физическом плане, прячутся от действительности в мир необычных жестоких фантазий. У таких мальчиков полностью отсутствует интуиция, способность понимать невербальную информацию, «читать между строк», совершенно нарушена шкала этических ценностей.

— Это касается исключительно мальчиков?

— Да. Маньяк- это всегда мужчина. Это свойство мужского мозга. Я знаю в мировой практике всего 2 случая, когда серийной убийцей стали женщины. С моей точки зрения (по имеющимся у меня описаниям), они в детства развивались как транссексуалки. У этих женщин- мужской мозг. Подобные исключения только подчеркивают правило.

— А как же быть с венгеркой Элизабет Батори, угробившей в 16 столетии около 500 человек? Или американкой- фермершей Белли Бринхилд по прозвищу Черная вдова, с помощью стрихнина и топора в 1908 году отправившей к праотцам целый отряд, сватавшихся к ней мужчин. Или ее соотечественницей «Смертоносной девушкой» Эйлин Уорнос, трассовой проституткой из Флориды, убившей в 1989 году шестерых своих клиентов.

— Я веду речь о серийных сексуальных садистских убийствах. Не каждое многоэпизодное убийство- серийное. У названных Вами женщин были иные, не садистские мотивы убивать. Скорее всего, корыстные.

— Какова «история болезни» серийного убийцы?

— Развивается она по почти одинаковой схеме. Есть несколько стадий, которые неизбежно проходит в своем заболевании маньяк. О первой, импринтинге, мы уже говорили. Приведу только один пример. Серийный убийца Питон, по которому я буквально на днях сдал экспертизу, убивать начал несколько лет назад в возрасте 25 лет. Случилось это через 11 лет импринтинга. Он, тогда 14-летний подросток, гимнаст, кандидат в мастера спорта, стал свидетелем тяжелой спортивной травмы своего соперника. Мальчик сорвался с брусьев, со всего маху упал и разбил голову о железную перекладину. Он потерял сознание, а внешне создалось впечатление, что он умер. Это, а также огромная зияющая рана, с хлещущей из нее теплой липкой кровью, запах которой смешался с запахом пота и немытой головы, произвело на Питона жуткое впечатление. Чувство страха и ужаса сопроводилось эрекцией и семяизвержением. После импринтинга начались воспоминания запечатленной в мозгу сцены, затем фантазии на эту тему, неизбежно усложняющиеся до настоящих сценариев, которые обдумываются годами. Между началом их «написания» и первым конкретным убийством зачастую проходят годы, а порой и десятилетия. Вид и запах крови, даже своей собственной, стали интенсивно возбуждать, эротизировать. Получив случайную ранку он ее сначала обнюхивал, слизывал сою кровь и лишь затем обрабатывал и перевязывал, а спустя 11 лет Питон зверски убил трех девушек-студенток, жестоко их порезав. Он пил их кровь и уже мертвых насиловал. Так импринтинг сформировал у него патсексуальный криминальный почерк. Маньяки становятся одновременно сценаристами и режиссерами. Часто это выражается в садистских рисунках. К примеру: пенёк, топор, кровь, обезглавленная курица. Затем в фантазиях объектом насилия становился человек (девочка, женщина). Параллельно происходит оскудение интересов: они теряют интерес к учёбе, работе, все больше и больше замыкаются в себе. Именно на этом этапе формируется агрессивное поведение.

Все серийные убийцы движутся к одному итогу — некрофагии, явлению еще более ужасному, чем каннибализм. В последней фазе болезни маньяк-некрофаг зубами раздирает на части тело жертвы.

— Согласно основному постулату виктимологии (науки о поведении жертвы), любое преступление отчасти спровоцировано поведением потерпевшего. Как говорят в народе, «В жизни случается всякое. Но не со всякими». Давайте поговорим о «феномене жертвы».

— Действительно, есть люди, которые умудряются регулярно попадать в опасные ситуации. Как правило, это- истеричные, эгоцентричные личности, совершающие экстраординарные поступки.

— Как например, берлинский инженер, отправившийся по откровенно сформулированному объявлению на съедение к «Людоеду из Ротенбурга», разрешивший себя кастрировать, лакомившийся вместе со своим палачом собственным зажаренным в духовке половым членом, а затем покорно подставивший горло под нож психопата?

— Достаточной информации об этом случае я не имею. Могу лишь предположить, что он был мазохистом. Не исключено — человеком, мечтавшим о самоубийстве, но не способным причинить боль и смерть собственными руками. То есть, определенно, личностью нездоровой. Жертвами сексуальных маньяков часто становятся лица с повышенной виктимностью: дети, олигофрены, психически больные.

— Возможны ли ранняя диагностика и терапия детского варианта «феномена Чикатило»?

— Не только возможны, но и являются реальной формой предотвращения криминального поведения пациентов в будущем. От склонности к садизму можно избавиться. Главное, вовремя обратиться за помощью к специалистам. Не пропустить первые проявления аномальной жестокости ребенка. Вы замечаете, что ваш сын ломает игрушки, отрывает крылышки у бабочек и ножки у жучков. Возможно, это- проявление исследовательского интереса, но если он явно получает удовольствия от мук живого существа — это уже серьезно. Особенно, если сопровождается мастурбацией. Как правило, экзекуции проводятся над мелкими животными: птицами, щенками, кошками, ежиками, хомячками, кроликами. Очень вредным является вовлечение детей в процесс забивания свиньи, резания кролика или петуха. Если подростка возбуждает вид крови, он нюхает ее, пробует на язык, это- тревожный симптом. Признаками, которые должны настораживать родителей, являются также скрытность, нежелание идти на доверительный контакт, жестокость по отношению к маленьким детям.

— Практически все известные мне маньяки были признаны вменяемыми. Неужели эти нелюди психически нормальны? Что же тогда считать аномалией?

— Я не знаю ни одного серийного убийцы ни в России, ни в Соединенных Штатах, ни в Германии, которому официально не был бы установлен тот или иной психиатрический диагноз. Хочу развести два момента — вменяемость и наличие диагноза. Диагноз — только одна составная часть невменяемости. Наличие психической болезни не означает, что человека автоматически признают невменяемым. Для этого необходимо, чтобы болезнь была выражена в тяжелой форме. Именно на тяжесть указывает так называемый психологический критерий невменяемости — неспособность больного человека осознавать фактический характер своих действий и их общественную опасность и руководить ими. Новый УК РФ впервые за всю историю России ввел новое понятие — ограниченная вменяемость. Это вменяемые люди, а значит отвечающие за свои поступки и подлежащие наказанию. Но болезнь привела к тому, что они не в полной мере осознают фактический характер своих действий и их общественную опасность и руководят ими. Соответственно они должны принудительно лечиться от своей болезни по месту отбывания наказания. Лечение это одновременно и способ предохранения от особо жестоких форм поведения.
Категория: Обо всем понемногу | Добавил: exxxxxcel (17.09.2013)
Просмотров: 581 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]