Синдром Медеи: Женщины, убивающие своих детей - Обо всем понемногу - Статьи о... - Маньяки и серийные убийцы
Главная » Статьи » Обо всем понемногу

Синдром Медеи: Женщины, убивающие своих детей
Их убивают по всем штатам: от океана до океана

25 октября 1994 года вся Америка увидела по телевизору заплаканное лицо Сьюзан Смит, жительницы маленького провинциального городка в Южной Каролине. Молодая мать умоляла вернуть ей ее сыновей – трехлетнего Майкла и годовалого Александра. Поиски детей Сьюзан Смит стали национальной проблемой: добровольцы прочесывали окрестности, а полиция штата проверяла все данные о людях, которых видели в машине с детьми.



Однако через неделю ситуация стала меняться. Высокий трагизм уступил место скептицизму. Мрачные предчувствия усугубились после случая с Полайн Зайл, официанткой из Флориды, заявившей (за три дня до исчезновения детей Смит) о похищении на блошином рынке своей семилетней дочери. Спустя некоторое время официантка призналась, что сама спрятала тело своей дочери, которую ее муж избил до смерти. Вскоре другой женщине из Калифорнии было предъявлено обвинение в том, что она избила до смерти трех своих детей в возрасте от четырех до девяти лет. 3 ноября и Сьюзан Смит призналась в том, что привязала своих детей к заднему сиденью машины, завела ее и столкнула в озеро.

Страшное явление стало достоянием широкой общественности. Имя ему – детоубийство.

Матери пытают детей, как в гестапо!

Сьюзан Смит совершила то, что люди считают самым низким преступлением, и этот случай словно послужил началом цепной реакции. По всей стране прокатилась волна подобных преступлений, о чем сообщалось в газетах и новостях.

Через три недели после скандальной исповеди Смит балтиморская полиция арестовала Рини Олтон, поджегшую свой дом с находящимися внутри двумя ее детьми дошкольного возраста.

Два месяца спустя вирджинская полиция арестовала Ванду Смелсер и ее дружка за убийство двенадцатилетней Валери, одной из шести истязаемых детей Смелсер, которую били и морили голодом столь долго, что ее истощенное тело походило на трупы из немецких лагерей времен последней мировой войны. Пытки, которым ее подвергали, были столь чудовищны, что медики, пытавшиеся привести ее в чувство, должны были затем пройти восстановительный курс психотерапии.

Сам факт убийства собственных детей представляется столь противоестественным, что его назвали «синдромом Медеи», по имени древнегреческой мифологической царицы, убившей своих детей в отместку их неверному отцу. Но если нормальному человеку детоубийство кажется чем-то исключительным, то у экспертов на этот счет другое мнение.

Пять детских трупов ежедневно

Правда состоит в том, что подобные случаи вовсе не редкость. Только в Америке четверо, а то и пятеро детей ежедневно погибают от рук своих родителей. Чаще всего это дети дошкольного возраста. Тысячи детей находятся под угрозой смерти от побоев или удушения. Кто эти матери-убийцы? Что толкает их на подобную жестокость? Действительно ли они являются чудовищами, то есть редкими, неизлечимыми отклонениями от нормы?

Дэниэл Майер-Кэткин, декан Высшей школы криминалистики и Уголовного Законодательства при Государственном Университете штата Флорида, посвятил десять лет своей жизни изучению того, что он первоначально рассматривал как «задворки юриспруденции, а вовсе не острую социальную проблему». Но впоследствии эксперт обнаружил, что «материнское детоубийство представляет собой – и всегда таковым было – в высшей степени распространенную форму убийства».

ООН полагает, что ежегодно в Китае избавляются от сотни тысяч младенцев-девочек, что за девяностые годы составило несколько миллионов!!!

Огромный процент от общего количества детоубийств по всему миру – 25% согласно Майеру-Кэткину – составляют дети, убитые в день своего рождения. В Великобритании, Германии, Японии, Скандинавских странах и Франции дети в возрасте до года погибают от рук своих родителей в четыре раза чаще, чем от рук посторонних.

Хотя никто не знает точную цифру ежегодно убиваемых американскими матерями детей (многие убийства остаются нераскрытыми), согласно статистическим данным их число составляет от тысячи двухсот до тысячи четырехсот, но все растущее число исследований позволяет сделать вывод, что эти данные занижены.

Филип МакКлейн, эпидемиолог Центра по контролю и предупреждению болезней, в течение четырех лет тщательно изучавший свидетельства о смерти и данные правоохранительных органов, считает, что средняя цифра приближается к двум тысячам, просто сотни убийств выдаются за роковой несчастный случай. Только пятнадцать процентов смертей от несчастных случаев рассматриваются как убийство или преступная халатность, в остальных же случаях мать остается безнаказанной.

Матери-палачи. Кто они?

Конечно, нельзя дать четкого определения американской Медее, но ее характерные черты достаточно различимы. Чаще всего она из бедной или рабочей семьи, имеет в лучшем случае среднее образование. Сюзан Смит, к примеру, работала на текстильной фабрике. Полайн Зайл работала официанткой, имела четырех детей и была беременна. Ни она, ни ее муж никогда не имели постоянной работы и даже не жили в одном месте больше чем несколько месяцев.

Совершающие детоубийство матери часто отыгрывают свои собственные детские травмы. В большинстве случаев их родители или были разведены, или умерли, и эксперты утверждают, что подавляющее большинство матерей-садисток сами в детстве были жертвами физического, сексуального или эмоционального насилия.

Сьюзан Смит неоднократно бросали на произвол судьбы: сначала отец, который покончил с собой, когда ей было шесть лет; затем изнасиловавший ее отчим; затем муж, у которого были, как и у нее, многочисленные связи на стороне; и, наконец, любовник. Она сама неоднократно пыталась покончить с собой.

Большой процент матерей-детоубийц – это молодые матери-одиночки. Они рано начинают сексуальную жизнь и ничего или почти ничего не смыслят в контрацепции. Они часто скрывают свою беременность и тайно рожают в общественных туалетах или на помойках. Матери-одиночки потенциальные детоубийцы и потому, что чаще всего бедны и оторваны от общества, не имеют ни психологической, ни социальной, ни домашней поддержки.

Поскольку эти женщины эмоционально незрелы и чрезмерно зависимы, они готовы на все, лишь бы завести постоянного любовника или мужа. К несчастью, окружающие их мужчины, как правило, столь же бедны и незрелы, охотно переспят с женщиной, но вовсе не жаждут поддерживать ее или ее детей.

Более того, забота о маленьких и постоянно требующих внимания детях мешает женщине исполнять требования сожителя. В этот момент ребенок становится угрозой благополучию матери, и, поскольку подобные матери сами инфантильны, «они сделают все, что лучше для них самих«.

Мужчина, за которого Сьюзан Смит надеялась выйти замуж, заявил ей, что не хочет детей. Рини Олтон, поджегшая свой дом с дочерьми внутри, за две недели до этого вышла из приюта и безуспешно умоляла своего нового любовника жениться на ней. А Дайана Даунз, убийца из Орегоны, роль которой исполнила Фарра Фаусетт в телевизионном фильме «Маленькие жертвы», застрелила трех своих детей, обвинив в этом «густоволосого незнакомца», потому что ее любовник не хотел детей.

Отсутствие денег, отсутствие еды, отсутствие перспективы – все это доводит женщину до отчаяния. Или, как утверждал адвокат Смит, до безумия. Однако только малое число Медей безумны в общепринятом понимании слова.

Домохозяйки и маньяки = сестры и братья

Впрочем, для закона важно не наличие психической болезни, а вменяемость, то есть осознание происходящего. Поэтому сексуальные маньяки и матери-убийцы рассматриваются судом как нормальные, хотя совершенно очевидно, что эти люди никак не вписываются в общечеловеческое понятие нормы.

Доктора считают, что ментальные расстройства, или психозы, не всегда очевидны и могут иметь место гораздо чаще, чем кажется поначалу.

Одним из таких психозов является синдром Мюнхаузена, при котором мать регулярно издевается или морит голодом своего ребенка, а затем приводит его в больницу, пытаясь привлечь внимание докторов. Подсознательная задача матери состоит в том, чтобы оказаться в центре внимания и вызвать доброжелательное участие окружающих, ощутить их заботу и поддержку. Кто не посочувствует матери больного ребенка. В крайних случаях такая серия издевательств приводит к роковому исходу: несколько сотен смертей, прежде приписываемых к естественным, теперь квалифицируются как убийства, относящиеся к синдрому Мюнхаузена.

Другой похожий психоз носит название пограничного смешения: когда мать путает свое собственное безнадежное, по ее мнению, положение с положением своих детей. В этом случае она либо убивает их, пытаясь защитить тем самым от неминуемой катастрофы, либо убивает их потому, что проецирует саму себя как жертву – своего рода психологическое самоубийство. Сьюзан Смит, которая в детстве делала попытки утопиться, могла вполне испытывать такого рода смешение.

Некоторые матери, не будучи клиническими психотиками, могут быть временно недееспособными из-за депрессии или страха. В январе 1995 Радика Лалу из Орландо, зная, что ее семью в скором времени выселят из их дома, выстрелами убила своего мужа, своих двух маленьких детей и саму себя.

Эксперты считают, что более половины убивающих детей родителей или опекунов имеют алкогольные или наркотические проблемы, которые усиливают их умственную нестабильность: Авилда Лопес, заявившая, что ее шестилетняя дочь была дьяволом, еще до ее рождения регулярно употребляла дешевые наркотики.

Также среди женщин, жертв супружеского насилия, встречаются такие, которые направляют гнев сожителя против детей и выступают заодно с ним, потому что либо хотят отвести насилие от себя, либо страдают от синдрома жестокого обращения, сопровождающегося пассивностью или потерей самоуважения. Подобные женщины не только не способны уйти от своих истязателей, но часто не способны защитить своих детей от подобного наказания.

Пассивные и активные детоубийцы

Согласно газетным и телевизионным сообщениям 1987 года, Гедда Нуссбаум сидела неподвижно, в то время как ее любовник, Джоэл Стейнберг, лишенный лицензии нью-йоркский юрист-наркоман забивал до смерти их дочь Лайзу. Как позже установил психиатр, за десять лет постоянных побоев Стейнбергом Нуссбаум была «доведена до состояния робота”.

Психолог Лорен Слейтер указывает, что линия между привычной небрежностью к детям и издевательствами весьма тонка в случаях глубокой депрессии. «Есть нечто, называемое пассивным самоубийством, при котором женщина позволяет себе умереть, – утверждает Слейтер. – Существует ли такое явление, как пассивное убийство? Возможно”.

В настоящее время все большее число психологов считает, что состояние, квалифицируемое как послеродовая депрессия, на самом деле может быть психическим заболеванием, поскольку большинство убийств детей происходит тогда, когда им еще нет и года. По британским законам женщины, убившие своих детей в течение первого года их жизни вследствие послеродовой «умственной неустойчивости», не могут быть осуждены за убийство. Вместо этого их признают виновными по особому обвинению в детоубийстве, и им предоставляется специализированная адвокатская защита.

К сожалению, защита умопомешательства, как правило, рассматривается скептически. И поскольку наша культура возносит синдром Богородицы, соответственно которому все «нормальные» женщины рождаются заботливыми матерями, то синдром Медеи имеет столь же преувеличенную отрицательную реакцию презрения.

Сколь велико было общественное сочувствие к Сьюзан Смит в первые дни после трагедии, столь безграничным было общественное осуждение ее на суде. Это лишило ее шанса быть признанной невиновной или не отвечающей за свои поступки вследствие умопомешательства. Она была осуждена по двум пунктам убийства первой степени, а это значит, что присяжные признали ее не только вменяемой, но еще и способной на коварный замысел преднамеренного убийства, вследствие чего она получила пожизненное заключение. Факт огласки фактически сделал невозможным вынесение другого вердикта.

Майер-Кэткин убежден, что психотические эпизоды почти наверняка стоят за детоубийствами, которые словно бы взялись ниоткуда и совершаются женщинами из благополучных семей или же такими, которые вдруг избавляются не от нежелательного ребенка, а от запланированного.

Он указывает на случай Лукреции Джентиле, которая уже имела одного ребенка, но очень хотела другого. Она и ее муж в течение пяти лет проходили дорогостоящее лечение, пока она, наконец, не забеременела вновь. Но когда ребенку было около шести недель, Лукреция утопила его, выбросила тело в Дампстер и рассказывала всем, что она прогуливала ребенка в колясочке, когда вдруг рядом затормозил огромный голубой лимузин, из которого выскочили двое мужчин и схватили ее ребенка. Как бы ни были жестоки подобные психотические эпизоды детоубийства, утверждает Майер-Кэткин, их почти невозможно ни предсказать, ни предотвратить.

Культы всякие вредны…

Это относится и к ритуальным или религиозным издевательствам над детьми, которые, как правило, заканчиваются смертью жертвы в результате истязаний или ритуальным жертвоприношением. Поскольку подобные убийства обычно совершаются в полном уединении, в маленькой, закрытой общине, они остаются нераскрытыми.

С другой стороны, дети, погибающие от систематического жестокого обращения, могли бы быть спасены, если бы власти не поддерживали столь оголтело культ семьи. В Америке система социального обеспечения фатальным образом недейственна и предназначена для воссоединения разбитых семей, даже таких, которые уже рассматривались ранее как опасные. Более половины матерей, убивших своих детей, ранее попадали в сферу внимания работников соцобеспечения. Так, нашумел случай женщины, которую лишили прав на шестимесячную дочь вследствие ее физических истязаний, но оставили на попечении матери пятнадцатимесячного сына, которого она задушила через несколько месяцев.

Валери Смелсер имела бы шансы выжить, если бы власти вовремя приняли меры, о которых молили соседи и родственники, видевшие, как морят голодом и истязают шестерых детей. В этом заключается парадокс американского законодательства: с одной стороны, можно попасть в тюрьму и лишиться родительских прав, если по необходимости оставить дома без присмотра детей младше десяти лет, с другой – можно над ними методично издеваться у всех на глазах.

Трудно понять, как все это согласуется одно с другим. Так, мать-одиночка оставила дома детей и пошла собрать им немного винограда с разрешения владельца виноградника. Дети нашли спички, начался пожар, один из детей получил ожоги. В результате несчастная мать, которая все, что могла, для детей делала, оказалась в тюрьме, лишенная родительских прав, а дети – в приюте.

Отсутствие адекватной статистики касательно случаев детоубийств объясняется еще и тем, что существует неявное давление на врачей, производящих вскрытие, вследствие чего они занижают данные о сомнительных смертях. Возможно, они чувствуют, что подвергают себя опасности, выдвигая обвинение против родителей, или же в провинциальных городках они не хотят болтать о своих соседях.

Одна женщина из штата Нью-Йорк между 1965 и 1971 годом убила пятерых своих детей, но как подозреваемую ее допросили только в 1983-м, после чего она призналась, что всех их удушила. Другая мать, Мэрибет Тиннинг, призналась, что задушила четырех из своих девяти детей, умерших в младенчестве, и один из следователей предположил, что сочувственное внимание, которым она была окружена после смерти первого ребенка от менингита, возможно, подтолкнуло ее к убийству остальных.

Америка обречена?

В последнее время Медей становится все больше и больше, да и причины, толкающие на детоубийство, все больше напоминают мифологическую историю.

Дебора Грин, доктор медицины, в прошлом июне была приговорена к двум пожизненным срокам тюрьмы за убийство своего тринадцатилетнего сына и шестилетней дочери: она подожгла свой дом в предместье Канзас Сити стоимостью в 400.000 долларов после того, как бросивший ее муж, врач-кардиолог, сообщил ей, что собирается отсудить у нее детей.

И это не единичный случай. Общество вынуждает родителей делать все, чтобы иметь права на детей, поскольку это социально одобряемо, что и толкает потерпевшую сторону убивать своих детей, лишь бы не отдать их победителю. Дети становятся в результате не только недвижимостью, но и трофеями. Подобные эгоцентрические преступления невозможно оправдать, и многие эксперты высказались бы за то, что они заслуживают более строгого наказания, чем случаи детоубийства под влиянием потери душевного равновесия.

В любом случае факт остается фактом. Существуют матери, которые не любят своих детей. Когда обстоятельства их прошлой жизни делают их предрасположенными к детоубийству, а обстоятельства нынешней загоняют в угол, они вполне способны уничтожить свое потомство.

Природу этим не удивишь. Владельцы певчих птиц регулярно наблюдают, как родители-певуны вдохновенно склевывают свои яйца, хомяки частенько с аппетитом жрут свой помет, а человеческие особи почему-то заставляют расплачиваться ближних за свои несчастья. Жизнь в лице родителей или родственников унижает и мучает мужчин, униженные мужчины унижают и мучают женщин, те, в свою очередь, отыгрываются на детях, заброшенные и нелюбимые дети мучают животных, и отдельные звенья этой роковой цепочки гибнут в страшных муках.

Америка, как страна пуританская и консервативная, будет страдать от подобных явлений значительно чаще, чем любая другая, а что касается России, официальной статистики по данного рода случаям пока нет.
Категория: Обо всем понемногу | Добавил: exxxxxcel (30.08.2014)
Просмотров: 799 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]